Откуда есть пошел русский язык Нехватка популярной филологической литературы заставила взяться за дело энтузиастов, которые зачастую не являются специалистами в вопросах языка. Однако проявляют на удивление большую активность. Одни “спецы” выводят украинский едва ли не из санскрита, другие распространяют мифы о мнимом польском или даже венгерском влиянии, хотя в большинстве своем не владеют ни польским, ни украинским, ни тем более венгерским языком.

Начну с маленького факта:
“В году 2001-ом в сенате США голосовался законопроект о “национальных школах” в местах преимущественно заселенных латиносами, т.е. испаноязычными (юг США). Подавляющим большинством сенат запретил преподавание на испанском языке в школах и других учебных заведениях, как “могущих нанести непоправимый вред единству нации”.

Вот пример и демократии, и единения нации. Всё сразу становится на свои места, когда вопрос решается с учётом традиций, влияния официального многоязычия на единство. После таких примеров становится трудно убедить, что двуязычие (в образовании и/или документообороте) сплотит Украину. Никто не станет отрицать сплочённость граждан США и их традиции в защите прав своих граждан. Запрет на преподавание на испанском языке был вынужденной мерой, но единственно правильной с точки зрения единства нации.

Статистика – это окончательная констатация факта, но сами цифры не есть причина или показатель свободного выбора граждан. Если в СССР издавалось много книг на украинском языке (поздний период), то это не значит, что развивалась украинская национальная культура. Можно издавать тьму украиноязычных, но антиукраинских книг.

На западе УССР все еще жили сознательные украинцы, но они были скорее предметов наблюдения КГБ. Советы, издавая украинскую литературу, решали еще одну задачу – выявление регионов, где она еще популярна, чтобы потом переместить акцент русификации и советизации.

Есть утверждение, что есть некоторые государства, которые стараются соблюдать права своих граждан (в Швейцарии один из официальных языков имеет только 4% носителей), но дело в том, что и эти 4%, и те 96% не имеют за своей спиной другой более сильной группировки, способной стать угрозой для носителей другого языка. Ни одни, ни другие не колонизировали друг друга, не заставляли учить чужой язык и не запрещали учить родной, как это было с Украиной со стороны России, Польши, Румынии, Австрии и др.

"Свідоме українство становить, на жаль, приблизно 20 відсотків населення (це видно за всіма опитуваннями, виборами, референдумами). Але йому протистоїть не якесь там свідоме російство чи свідоме совєтство (свідомих русофілів є теж десь 20 відсотків), йому протистоїть величезна маса аморфного населення, яка має дуже розмиту ідентичність. Свідомі українці намагаються його навернути в свою віру, а русофіли – в свою. Це не просто вибір між українською культурою і російською, а точніше, українською і совєтською (тобто примітивним варіантом російської культури). Це вибір між майбутнім і минулим. Це вибір між тим, чи приєднається Україна до першого світу, вскочить у той вагон – чи опиниться у Євразії серед якихось там сумнівних "товаришів" [Микола Рябчук, в інтерв'ю для "Уроку української", 2002, №5-6, с. 4].

Хочу сразу оговориться, что историю украинского языка я не стану описывать. Начну с того времени, когда стали четко различаться и разниться говоры юго-западной Руси и Московской и когда начались преследования нашего язык а – это 17-ый век. То было время, когда украинский (малорусский) язык был языком миллионов жителей Руси. Жители жителями, но кроме них есть еще и князья, бояре, купцы, власть имущие. Именно отсутствие в среде последних достойных и влиятельных личностей стало одним из факторов уменьшения влияния украинцев на ход истории. То есть они были, но в некоторый момент их влияние ослабло. Захват украинских земель Польшей стал началом полонизации. Православная северная часть Руси особо не помогала. Ясное дело, что сидеть под татарским игом с 13-го вплоть до 15-го века не легкая задача и ожидать от них помощи в такой ситуации было бы лишним.

Вспомним лучше славные страницы нашей истории

Если вас интересует история языка, то можно пойти двумя путями:

1. от настоящего варианта языка вглубь веков;
2. или в обратном направлении;

Первый вариант позволяет более четко сформировать представление о формировании современного языка по "горячим следам", но вряд ли позволит дойти до глубины веков. Да и стоит ли? Может лучше начать поиски с того времени, когда стали очевидны явные расхождения в говорах и письменности различных частей Руси и далее уже вести исследование?

При выборе же второго варианта можно легко запутаться в куче вариантов языков тех времен, в их диалектах, принимая за язык диалект или наоборот и потерять нить исследования. Может я и ошибаюсь.

Тема языка не главная в нашей жизни. Выбрал я её избирательно. Для живущих сейчас граждан стоит вопрос если не выбора "своего официального языка", то, как минимум, вопрос отношения к государственной языковой политике.

Начну с вопроса. Что первично в данном вопросе, то есть в каком направлении необходимо строить внутреннюю национальную политику в уже независимой Украине: через национальное самосознание к украинскому языку или наоборот?

Вопрос языка в Украине есть, по-моему, прежде всего вопросом национального самозознания и идентификации себя с украинской нацией. Это лишь вопрос из ряда новых, который есть хорошо забытым старым. Но это по-моему. Можно спорить о том, какими путями люди со временем по обе стороны Днепра назвали едино себя как украинцы, но сейчас, когда многие этнические украинцы были воспитаны советской системой, то советское мышление и не осознание себя украинцем мешает им принять и другие национальные ценности. Попытки же убедить или доказать им необходимость и полноценность украинского языка встречает в них сопротивление, молчу уже о том, чтобы они назвали своим родным языком украинский.

Украинская и русская культуры

Что можно сказать о человеке (уровне его культурного развития и принадлежности к какой-либо культуре) по фразе "Блин, как мне уже осточертел этот украинский язык!"?